Мир непознанного - Onua.org

Человек стал человеком, когда впервые взял в руку палку. Сущность человека – это отделение от тела; естество человека – это отделение от естества. Именно поэтому человеку легко слиться, например, с автомобилем или представить себя бесплотным духом. Быть трансгуманистом – значит максимальным образом выражать свое человеческое естество, состоящее в преодолении телесности.

Наше описание элементов возможной глобальной катастрофы достигло такого уровня сложности, что оно, вероятно, превосходит способности человеческого разума к целостному восприятию. Поэтому настало время сделать некоторые обобщения, сложить элементы «пазла» в некую картину.

Анализ глобальных рисков показывает, что они могут (если могут) быть снижены только в случае, во-первых, привлечения очень серьезных (если не всех доступных человечеству) ресурсов, а во-вторых – согласованных действий всех государств. При этом роль каждого государства в общем деле в значительной мере определяется тем, какие ресурсы (от интеллектуальных до природных) находятся в его распоряжении (и, подразумевается, под контролем), потому что именно они могут быть как средством решения глобальных проблем, так и их источником. Нетрудно также заметить, что катастрофические явления глобального масштаба в ряде сценариев могут оказаться следствием неких просчетов, допущенных на уровне одного государства. То есть, рассматривая вопрос глобальных рисков, мы неизбежно приходим к теме ответственности. Достаточно вспомнить, например, случай, когда в Австралии проводились эксперименты с вирусом мышиной оспы и геном интерлейкина-4, в результате чего случайно был создан сверхсмертельный штамм (см. главу о биотехнологиях). Будь этот штамм смертелен для людей и вырвись он на свободу, то ущерб мог бы оказаться, при стечении еще ряда случайностей, весьма серьезным.

С одной стороны, наука не может исследовать собственные границы, так как подобные исследования могут зайти в область ненаучного. С другой стороны, по мере развития науки ее горизонты естественным образом расширяются и иногда включают в себя то, что раньше считалось суеверием (например, целебные свойства хлебной плесени были известны и в Античности, и позже – в народной медицине, но до открытия пенициллина знания об этом считались ненаучными). Такое свойство границ науки задает особый характер ее отношениям с неизвестным. И, вероятно, это правильный подход, так как стоит свободно «открыть» эти рубежи, как в науку хлынула бы масса всякой ереси. В этой главе я предприму откровенно антинаучный экскурс за границы научного знания, чтобы узнать, нет ли там чего-то, что может представлять интерес с точки зрения исследования глобальных катастроф.

Убежища и бункеры могут увеличить шансы выживания человечества в случае глобальной катастрофы, однако ситуация с ними далеко не однозначна. Отдельные автономные убежища могут существовать десятки лет, но чем более они автономны и долговременны, тем больше предварительных усилий нужно затратить на их подготовку. Кроме того, убежища должны обеспечивать способность человечества к дальнейшему воспроизводству. Следовательно, они должны сохранять не только достаточное число способных к размножению людей, но и определенный объем технологий, который позволит выжить и размножаться на территории, которую планируется обживать впоследствии. Чем более будет загрязнена эта территория, тем большего уровня технологии потребуются для обеспечения выживания. (В легенде о Ноевом ковчеге это было всего лишь «каждой твари по паре».)

Вероятность человеческого вымирания зависит не только от угрожающих нам катастроф, но и от способности людей противостоять им и выживать после них.

В основе большинства сценариев глобальной катастрофы лежит цепная реакция – самоусиливающиеся процессы с положительной обратной связью.

Наша способность предсказывать будущие катастрофы безусловно выиграла бы, если бы в будущем присутствовала только какая-то одна тенденция. В действительности мы видим, что при наихудшем стечении обстоятельств в ближайшие 30 лет может осуществиться множество самых разных сценариев. Очевидно, что одновременная реализация разных катастрофических сценариев приведет к нелинейному их взаимодействию: одни из них взаимно усилятся, другие взаимно компенсируют друг друга.

Гипотетически мы можем предположить, что живем в симулированном внутри компьютера мире, подобном тому, что был изображен в фильме «Матрица». Это был бы пустой разговор, если бы он не порождал логический парадокс, связанный с рисками человеческого вымирания.

Одним из наиболее сложных для понимания моментов, связанных с рисками человеческого вымирания, является так называемая Теорема о конце света (Doomsday argument, сокращенно DA). В зависимости от ее истинности или ложности наша оценка вероятности человеческого вымирания может меняться.

В то время как одним сценариям вымирания мы можем приписать значительную вероятность, другие имеют шансы в тысячные или даже миллионные доли процента. Не проще ли пренебречь этими сценариями, так как погрешность более вероятных сценариев значительно перекрывает вклад маловероятных? Однако не только соображения «научной честности» могут побудить нас исследовать маловероятные сценарии. Нам нужны твердо обоснованные доказательства их маловероятности.

Я думаю, что наибольшая угроза глобальных катастроф исходит не со стороны того, что нам известно, а от абсолютно неведомых нам пока факторов. Не удивлюсь, если через несколько десятков лет список ожидаемых катастроф принципиально изменится и в нем на первое место выйдут факторы, о которых мы не можем сейчас даже помыслить. Я полагаю, каждый читатель без труда найдет примеры из своей жизни, когда он оказывался в ситуациях и обстоятельствах, возникновения которых он даже не предполагал; то же верно и для человеческой истории в целом. То есть речь идет не просто о фантастических ситуациях, поскольку фантастическим является то, что люди могут себе нафантазировать, а о ситуациях, находящихся за пределами фантастического, – именно потому что представить себе их заранее абсолютно невозможно.

Чем глубже мы проникаем в земную кору – сверлим ее, расплавляем или взрываем, – тем вероятнее возможность вызвать этим сильное искусственное вулканическое извержение.

В качестве одной из основных угроз человеческому выживанию выдвигается угроза гибели в результате падения крупного астероида. При этом, однако, происходит определенная подмена тезисов: далеко не любой астероид способен уничтожить человеческую цивилизацию, и тем более жизнь на Земле.

В проблеме глобального потепления слились все аспекты непредсказуемости, которые влияют на оценку рисков глобальной катастрофы. Разумеется, многие читатели сейчас воскликнут: я знаю, это нарочно придумали транснациональные корпорации, чтобы достичь того-то и того-то! Однако насколько вы можете быть уверены в том, что так оно и есть на самом деле? Безусловно, гораздо легче быть уверенным на 100 процентов, чем на 75, – такова человеческая природа. Тем более что уверенность, что кто-то делает что-то нарочно и назло, включает эмоциональный комплекс «борьбы с врагами», который резко повышает уверенность в себе и снижает критичность восприятия. Таким образом, тема глобального потепления является своеобразным «средством для прочистки» своей готовности воспринимать сложное и непонятное в условиях интенсивного информационного шума.